РЕЦЕНЗИИ

КИТАЙСКИЙ БЛАГОВЕСТНИК

2/99

Содержание

Основная
страница

А.В.Ломанов,канд.филос.наук (ИДВ РАН)

Рецензия на книгу профессора Юэ Фэн
"Дунчжэнцзяо ши (История Православия)"*

 

Появление новых китайских работ по Православию представляет для российского читателя естественный интерес, ибо дает возможность понять, какие проблемы более всего заботят нынешних исследователей из Китая. Опубликованная в июне 1999 года книга видного китайского ученого-религиоведа Юэ Фэна заслуживает внимания как одна из первых попыток систематического исследования Православия в современных научных кругах КНР.

Скромный и преданный своему делу профессор Юэ относится к числу авторитетных китайских специалистов по Православию. Он хорошо знаком российским коллегам, занятым изучением историей Российской Духовной миссии в Китае, одна из его публикаций недавно увидела свет на русском языкеi. После окончания Пекинского института иностранных языков в начале 1950-х годов, Юэ Фэн работал на философском факультете Пекинского университета, изучением Православия он начал заниматься с конца 1970-х годов. Профессору Юэ принадлежит целый ряд публикаций по проблемам Православия, увидевших свет после второй половины 1980-х годов (последние из них - разделы по Православию в книгах "История мировых религий с древности до современности [Шицзе гуцзинь цзунцзяоши хуа]" (1991, изд-во Шанъу иншугуань) и "Тысяча вопросов о христианстве [Цзидуцзяо цяньвэнь]" (1995, изд-во Хунци чубаньшэ). Сейчас профессору Юэ Фэну уже под семьдесят, но он продолжает свой научный труд в качестве специально приглашенного исследователя при Институте мировых религий Академии Общественных Наук (АОН) Китая.

Состоящая из 17 глав и 13 приложений монография обсуждает широкий круг тем, относящихся к учению Православия и его истории, прежде всего Русской Православной Церкви. Ориентация на русскую тематику символично подчеркивается набором иллюстраций - на обложке книги помещена фотография Собора Василия Блаженного на Красной площади в Москве, помещенную в начале книги цветную вклейку открывает официальный фотопортрет Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия Второго. Приводимые далее изображения икон и храмов целиком относятся к традиции российского Православия (из этого ряда несколько выпадает лишь одно изображение Богоматери с Младенцем Иисусом, не являющееся канонической иконографией, но выполненное в стиле светской живописи конца 19 века).

Для расширения нашего понимания об отношении современных китайских ученых к православной тематике весьма важны положенные в основу книги акценты, оценки и методологические подходы. В предисловии к "Истории" Юэ Фэн полемизирует с "западоцентризмом" своих коллег, отмечая при этом: "В прошлом китайские ученые обычно уделяли внимание лишь исследованиям западного католицизма и протестантизма, игнорируя исследования восточного Православия. Это вызвано влиянием теории центральности западной христианской культуры. На самом деле, Православие также очень важно как часть восточной культуры, оно прямо влияет на широкие массы людей в России, Восточной Европе, Дальнем Востоке и других регионах, воздействует на политику, экономику, историю, культуру и искусство региона. Чтобы понять народы этого региона и их историю, культуру и обычаи, необходимо понять Православие" (с.1). Юэ Фэн подчеркивает не только научную необходимость целостного изучения всех трех ветвей мирового христианства, но и особую важность понимания Православия для тех, кто интересуется духовной культурой России. Актуальность исследования обоснована также ссылкой на практические потребности проводимой в КНР с конца 1970-х годов политики реформ и открытости - "заполнение пустоты" в понимании Православия требуется еще и для того, чтобы в ходе дружеских контактов и культурных обменов с народами региона, китайцы "понимали бы их Православную веру, уважали бы их религиозные чувства, понимали влияние Православия на историю и культур их стран" (с.2).

Книга открывается обсуждением истории происхождения и становления Православия (гл.1). После этого рассматривается "основное содержание" Православия - канонические тексты (цзиндянь) и Символ веры, догматы, "церемонии" (иши) Святых Таинств, праздники, священническая иерархия, перечисляются с кратким описанием восемь "знаменитых монастырей" (Афон, Киевская лавра, Троице-Сергиев, Александро-Невская лавра, Почаевский Успенский, Соловецкий, Новодевичий и Даниловский). Этот раздел (с.16-36) может быть весьма полезным начинающим российским исследователям для овладения необходимой китайской терминологией (к примеру: Патриарх мушоу, митрополит дучжуцзяо, архиепископ дачжуцзяо, экзарх дучжуцзяо, епископ чжуцзяо, протоиерей дасыцзи, архимандрит сюшидасыцзи, игумен чжучисыцзи, священник сыцзи, архидиакон сюшидафуцзи, диакон фуцзи, псаломщик тунцзинши).

В гл. 3 представлена попытка выделить "фундаментальные особенности" Православия. К ним автор отнес "консерватизм", "мистицизм", подтверждаемую ссылками на труды К. Маркса (!) "зависимость" от светской власти (с.46-47) и противопоставляемый централизации католицизма "полицентризм". При рассмотрении проблем православной философии Юэ Фэн выделил стадии "схоластической философии" (кон.18 - нач.19 в.), "таинственного учения о всеединстве" (ицетунъи дэ сюаньсюэ, сер.19 в.), "нового религиозного сознания" (кон.19 - нач.20 в.) и пытавшейся адаптироваться к новому (теперь уже "старому") социалистическому общественному строю "современной православной философии". В качестве отдельных разделов рассматриваются православная этика (гл.5) и искусство (гл.6). Достоин внимания факт включения в книгу раздела (гл.15), посвященного "исследованию Православия известными российскими богословами и философами до октябрьской революции". В нем приводятся сведения о жизни и религиозно-философских взглядах В.С.Соловьева, С.Н. Булгакова и Н.А. Бердяева, остававшихся в Китае практически неизвестными вплоть до конца 1980-х годов.

Одна из глав работы (гл. 14) посвящена обзору истории, особенностей и современного положения 15 автокефальных и 2 автономных (Финляндская и Японская) Православных церквей. (Автор, к сожалению, не упоминает о двух других Православных Церквах, также имеющих автономный статус - Португальской и Китайской). Однако центральное место в книге занимают главы, посвященные истории Православия в России. Юэ Фэн подробно рассматривает проблемы прихода Православия на Русь (гл.7), его последующего развития в дореволюционный период (гл.8) и в советскую эпоху (гл.8), главы 10 и 11 посвящены проблемам современности. Оценивая положение российского Православия в эпоху "перехода России от социализма к капитализму", китайский ученый отмечает его "вхождение в период относительно ровного развития" (с.161) и прекращение прошлой вредоносной атеистической политики государства. Вместе с тем автор указывает на попытки российских монархистов и националистов использовать Православие в своих политических интересах.

Целый ряд разделов (прежде всего главы 12, 13, 17 и прил. 6) книги представляет непосредственный интерес для отечественных исследователей Православия в Китае. Изложение событий, приведших к появлению в Китае Российской Духовной миссии, строится автором вокруг традиционного для китайской историографии тезиса об "агрессии царской России". Юэ Фэн разделяет историю Православия в Китае на шесть этапов: проникновение Православия в Китай; деятельность Миссии в Пекине от прибытия первой Миссии в 1716 году до подписания Тяньцзиньского договора в 1858 году; распространение Православия в Китае с 1858 до восстания ихэтуаней в 1900 году; развитие Православия в Китае (делится на периоды с 1900 до российской революции 1917 года и с 1917 до китайской революции 1949 года); заключительный этап "упадка православия в Китае" заканчивается 1956 годом, когда "большинство российских эмигрантов покинули Китай". Автор не соглашается с теми исследователями, что выделяют в истории распространения Православия в Китае лишь три этапа. Хотя по сложившейся китайской традиции конкретные имена названы не были, по нашему предположению, эта полемика обращена к книге Чжан Суя "Православие и Православие в Китае". По мнению Юэ Фэна, началом исторического отчета должен быть 1665, а не 1715 год. (Китайские исследователи, считая Албазин китайской территорией, началом истории Православия в Китае полагают освящение православного храма в Албазине. В российской историографии Пекинской Миссии принято считать началом исторического отсчета существования Православия в Китае 1685 год - год пленения албазинских казаков китайскими войсками). Помимо этого, по его мнению, неправомерно переносить окончание второго периода на 1860 год (дата подписания Пекинского договора). Что касается заключительного этапа после образования КНР, то "несмотря на изменение ситуации, силы Православия еще существовали, оно действовало" (с. 205), и потому этот период не может исключаться из общей истории китайского Православия.

К сожалению, описание истории "расцвета и упадка" Православия в Китае начинается с курьезной опечатки - на стр. 191 после китайской транскрипции Чээрнигэфусыцзи бросается в глаза написанное по-русски слово "Жириновский". Однако речь здесь идет не о нынешнем лидере ЛДПР, а об ушедшем в 1661 году из илимского острога на Амур пятидесятнике Никифорке Черниговском. На стр.197 перечень причин малочисленности рядов китайских православных (нежелание российских миссионеров идти по пути китаизации, отсутствие религиозных школ и благотворительных заведений, недостаток денег, внутреннего единств и дисциплины) приписан мнению "член-корреспондента Российской академии наук, "китаеведа" Веселовского". Однако приводимая ссылка на собранные Н.И. Веселовским "Материалы"ii на самом деле относится к критической "Записке без названия", составленной начальником восьмой миссии архимандритом Софронием (Грибовским).

В гл. 13 приводится краткий, но весьма содержательный обзор истории шести китайских православных епархий - Пекинской, Харбинской, Тяньцзиньской, Шанхайской, Ханькоуской и Синьцзянской. По оценке Юэ Фэна, в 1949 году в Пекине насчитывалось около 1000 православных (с.207), к 1966 году в Харбине - более 10 тысяч (с.208). Созданную в 1935 году Китайскую Православную ассоциацию (Чжунго дунчжэнцзяо сехуэй) автор характеризует как "единственную китайскую Православную организацию в Шанхае" (с. 211), к задачам которой относились сплочение вокруг Шанхайской епархии китайских и российских православных верующих, "сохранение догм, расширение церковной организации, создание церковных школ".

Значительный интерес представляет гл. 17, посвященная исследованиям Православия китайскими учеными в 20 веке. Сообщается, что первой публикацией на эту тему была книга Ло Цзиньшэна "История восточной церкви [Дунфан цзяохуэй ши]" (1941, изд-во Гуансюэхуэй чубаньшэ), созданная на основе курса лекций, прочитанных в протестантской теологической академии Цзиньлинь. Работа была очень широкой по охвату и включала исторический очерк (от иконоборчества и падения Константинополя до наших дней), рассказы о различных православных церквях, таинствах, обычаях и догмах. По заключению Юэ Фэна, книга "впервые обобщенно поведала китайскому читателю об истоках и содержании Православия, дала китайцам первичное понимание Православия, что можно назвать большой заслугой" (с. 260).

Юэ Фэн выделил также две монографические работы, созданные после начала политики "реформ и открытости" в КНР. Книга Чжан Суя "Православие и Православие в Китае" [Дунчжэнцзяо юй дунчжэнцзяо цзай Чжунго]" (1986, изд-во Сюэлинь чубаньшэ) охарактеризована как первая исследовательская монография нового периода, привлекшая внимание китайских и зарубежных научных кругов. В ней рассмотрена история раскола христианства, развитие и особенности Православия, история распространения Православия в Китае. Главным из достоинств этой книги названа широкая опора на первоисточники. Вторым важным исследованием Православия назван раздел "Восточное Православие [Дунфан чжэнцзяо]" (автор Фэн Цзяфан), вошедший в книгу "Три великие мировые религии и их течения [Шицзе сань дацзунцзяо цзици люпай]" (1988, изд-во Хэнань жэньминь чубаньшэ). В исследовании рассматривается зарождение Православия, его догматика и отличия от западного христианства, греческие влияния, история Православия в России (крещение Руси, реформа Никона, политика Петра Первого, современное положение). Полезным для отечественных исследователей может оказаться также приводимый Юэ Фэном перечень китайских журнальных публикаций о Православии с изложением их основного содержания (с.262-268).

Среди приложений к книге Юэ Фэна можно найти толкование Никейского Символа веры, переписку папского престола с Патриархом Константинопольским (19 в.), экуменические декларации 1920-30-х годов, а также китайские переводы всех основных советских и российских законодательных актов в области религии и вероисповедания, начиная с декрета 1918 года и вплоть до Закона РФ 1997 года. Среди этих документов необходимо особо выделить представляющую несомненную ценность для отечественных синологов и исследователей Православия перепечатку краткого Православного катехизиса (Дунчжэнцзяо яоли вэньда), взятого из сборника "Чжэнцзяо чусюэ цзичэн" (1936, изд-во Шанхай Чжунхуа дунчжэнцзяо сехуэй) (с.296-302).

Монография профессора Юэ Фэна представляет собой попытку всестороннего исследования Православия, однако в ней трудно не заметить разделяемого большинством китайских исследователей повышенного интереса к социально-политическим проблемам (отношение Церкви со светской властью и системой образования, законодательное регулирование свободы вероисповедания на примере современной России). Это вполне понятно, если помнить о том глубоком влиянии, которая оказала "советская модель" на формирование государственных и идеологических институтов КНР в 1950-е годы. Обвал советской системы "научного атеизма" и возрождение российского Православия заставляют китайских ученых размышлять о том, как можно было бы оптимально совместить свободу совести, государственный контроль и провозглашаемый правящей компартией атеизм в рамках гибкой модели "социализма с китайской спецификой". Вот что пишет об этом сам Юэ Фэн: "В особенности после распада СССР, в России и прочих государствах "СНГ" идеология претерпела огромные изменения, православное образование подменило собой атеистическое образование, это требует от китайских ученых прикладывать большие усилия к изучению Православия как идеологии, надо создавать весомые исследовательские работы, предоставляя материал для разработки внутренней и внешней политики нашей страны" (с. 268).

Нельзя не отметить и того, что в разделе, посвященном исследованиям Православия советскими и российскими научными кругами в 20 веке (гл. 16), рассказ о трудах советских "научных атеистов" намного более систематичен и основателен, чем при обзоре российской литературы 90-х годов. В этом нельзя винить автора книги, добросовестно пытавшегося создать целостную и серьезную исследовательскую работу о Православии. По нашему мнению, дело здесь отчасти в том, что советские "научно-атеистические" работы в прошлом исправно поступали в КНР по официальным каналам книгообмена. В наши же дни китайские ученые с трудом ориентируются в изобильном потоке современной российской религиозной литературы, который далеко не целиком доходит до китайских научных библиотек. Несомненно то, что российским церковным и светским исследователям следует более активно и заинтересованно помогать китайским религиоведам - как в подборе и получении наиболее существенных публикаций, так и в уяснении различных аспектов современной жизни российского Православия.


i Юэ Фэн. Православные проповедники и культура Китая \\ История Российской духовной миссии в Китае: Сборник статей. Ред. С.Л.Тихвинский, В.С.Мясников, А.С.Ипатова, свящ. Дионисий Поздняев. М.: Издательство Свято-Владимирского братства. 1997, стр. 376-382 Назад в текст

ii Веселовский Н.И. (Ред.) Материалы для истории Российской Духовной миссии в Пекине. Вып. 1. - Санкт-Петербург, тип. Главного управления уделов, 1905, стр.61-64. Назад в текст


* Пекин: Чжунго шэхуэй кэсюэ чубаньшэ. 1999. ISBN 7-5004-2438-8. 366 стр.Назад в текст

Наверх Содержание Основная страница