ИЗ ИСТОРИИ КИТАЙСКОГО ПРАВОСЛАВИЯ

КИТАЙСКИЙ БЛАГОВЕСТНИК

1/2000

Содержание

Основная
страница

 

В. Г. Дацышен, канд. ист. наук (КГПУ)

Епископ Иннокентий (Фигуровский).

Начало нового этапа в истории Российской Духовной Миссии в Пекине.

Православие в Китае насчитывает более чем трехвековую историю. Русские миссионеры внесли огромный вклад в распространение христианства в Срединном государстве, они были первопроходцами отечественного и мирового китаеведения, способствовали развитию российско-китайских отношений. Но среди многих известных и выдающихся членов Духовной Миссии и деятелей Русской Православной церкви в Китае, несомненно, выделяется личность митрополита Пекинского и Китайского Иннокентия (Фигуровского). Благодаря подвигу сына сельского священника из глухой сибирской деревушки удалось воплотить в жизнь мечту Петра I и потребность русского общества, выполнить миссию Свт. Иннокентия Иркутского - донести Православие народам Китая и заложить основы Китайской Православной церкви.

Иван Аполлонович Фигуровский родился 22 февраля 1863 г. в семье священника Кирико-Иулитинской церкви села Пановского Аполлона Иосифовича Фигуровского и жены его Матроны Гавриловны. 24 февраля он был крещен и наречен именем в честь Иоанна Крестителя 1. Крестными у Ивана Фигуровского стали Енисейский мещанин Степан Андреевич Кочнев и крестьянка деревни Ковригиной Еловской волости Евдокия Николаевна Зубкова. Старинное сибирское село Пановское расположено на правом берегу Ангары, в 46 верстах от Кежемского волостного правления. В то время оно было центром прихода, открытого еще в 1787 г. В семье священника Аполлона Кирико-Иулитинской церкви было несколько детей. Все без исключения Фигуровские были яркими личностями и  внесли свой посильный вклад в развитие Православной церкви. Так в истории Енисейской епархии навсегда остались имена старшего брата Ивана Фигуровского, Василия Аполлоновича и племянников, Александра Васильевича и Ивана Васильевича. Кандидат богословия Иван Васильевич Фигуровский был активным участником Поместного Собора Русской Православной Церкви в Москве в 1917-1918 гг. 

Ко времени рождения Ивана Фигуровского его родители были уже не молодыми, матушке исполнилось 40 лет. В 1879 г., когда Иван Аполлонович учился в Томской духовной семинарии, Матрона Гавриловна овдовела. Позднее матушка Матрона постриглась в монашество и перебралась к сыну в Пекин, где она, всеми почитаемая инокиня Манефа, умерла в 1911 г. Младший брат Ивана Аполлоновича - Павел Аполлонович Фигуровский в 1883 г. окончил Красноярское духовное училище. Он состоял в качестве послушника при Архиерейском доме и в 1885 г. был назначен на место псаломщика Красноярского кафедрального собора. В дальнейшем Павел Аполлонович Фигуровский связал свою судьбу с Китаем, служил в Порт-Артуре, в Харбине, в Пекине и Шанхае.

Начальное образование Иван Фигуровский получил в Красноярском духовном училище. В 1878 г., после окончания   училища, он поступил в Томскую духовную семинарию. В 1882 г., при переходе в 5-й класс, Иван Аполлонович уволился по прошению из Томской духовной семинарии и вернулся в Енисейскую губернию. В 1883 г. И.А. Фигуровский был определен на должность псаломщика к Балахтинской Введенской церкви Ачинского округа. В документах церкви впервые его подпись появляется по «Обыском брачным» от 24 апреля 1883 г. Вскоре, 11 ноября 1883 г. Иван Аполлонович женился на старшей дочери настоятеля Введенской церкви П.А. Симонова, 18-летней Анне Петровне 2. Тесть Ивана Аполлоновича был в числе самых уважаемых и авторитетных священнослужителей Енисейской епархии, многие годы он был благочинным в своем округе. Но через несколько лет П.А. Симонов заболел и вскоре умер, отпевал его в кафедральном соборе сам епископ Енисейский.

В 1884 г. Иван Аполлонович Фигуровский был рукоположен в священники в Дербинской Святого Пророка Илии церкви и возглавил небольшой приход, расположенный в горах на берегу Енисея не далеко от Красноярска. В феврале 1885 г. он был перемещен из  Дербинского в  Верхне-Кужебарский Покровский приход. Иван Аполлонович, волею судеб и церковного начальства, попал на самый край русской земли, далее села Верхне-Кужебарского до самой границы с Китаем не было русских селений. Верхне-Кужебарскую Покровскую церковь построили в 1854 г. переселенцы из Орловской губернии, русские переселенцы и составляли все население прихода. Иван Аполлонович оказался на границе с Китаем, но в тот период о миссионерской работе среди населения соседней империи речи еще не шло. В «Отчете Красноярского Епархиального Комитета Православного Миссионерского Общества за 1901 г.» отмечалось:  «...иногда заходят китайские подданные - язычники Сойоты; но миссия христианской проповеди по отношению к ним не имеет никаких плодов» 3. На крайнем юге Енисейской губернии Иван Аполлонович Фигуровский работал не долго, в начале 1886 г. «Енисейские епархиальные ведомости» сообщили, что 19 декабря 1885 г. «Священник села Кужебарского, Минусинского округа, Иоанн Фигуровский... отчислен от занимаемой должности по прошению» 4.

С 1886 г. начинается новый этап жизни Ивана Аполлоновича, он покинул Сибирь и уехал учиться в столицу. В мае 1886 г. священник И.А. Фигуровский был принят в число воспитанников 4-го класса в духовную семинарию в Петербурге, которую окончил в 1888 г. Затем, в 1888 - 1892 гг., Иван Фигуровский  был студентом Петербургской духовной академии, в этот период, в 1890 г. он был пострижен в монахи и принял имя Иннокентий. В 1892 г. иеромонах Иннокентий получил степень кандидата богословия и был назначен на должность смотрителя Александро-Невского духовного училища. В 1894 г. он был  рукоположен в сан архимандрита и стал ректором духовной семинарии в Петербурге. Вскоре Иннокентий  стал настоятелем второклассного монастыря и в 1895 г. был назначен в миссионерский Покровский монастырь в Москве.

28 сентября 1896 года «По указу Его Императорского Величества, Святейший Правительствующий Синод имели суждение» «уволить архимандрита Амфилохия, по прошению от должности Начальника Пекинской Духовной Миссии, назначить на его место, в сию должность, настоятеля Московского Покровского миссионерского монастыря архимандрита Иннокентия» 5. Перед новым главой Духовной Миссии в Пекине не ставились какие либо специальные задачи. Архимандрит Иннокентий должен был как и все его предшественники проехать через Сибирь и Монголию, сменить начальника 17-й Миссии Амфилохия Лутовина и взять под свою опеку немногочисленную православную китайскую общину, несколько сотен человек. В октябре 1896 г. Синод даже успел принять решение о выдаче 2009 руб. 72 коп. на проезд от Москвы до Кяхты и 300 руб. на проезд от Кяхты до Пекина. Однако о. Иннокентий поехал в Китай другим путем, тем, что следовали на Дальний Восток христианские миссионеры начиная с раннего средневековья.

Перед отъездом в Китай о.Иннокентий посетил бывшего главу 16-й Миссии вл. Флавиана. По совету обер-прокурора Синода архимандрит Иннокентий  по дороге в Китай посетил Западную Европу, познакомился с работой нескольких миссионерских учреждений в Лондоне, в Оксфорде посетил единственный протестантский миссионерский монастырь. В Париже он ознакомился с работой миссионерской семинарии, готовившей специалистов для работы на Дальнем Востоке, в Риме осмотрел монастырь трапистов (молчальников). На Афоне о. Иннокентий  надеялся найти подвижников, готовых отправиться на Дальний Восток с Православной миссией, но среди местных монахов не нашлось желающих поехать в  Китай. Последней остановкой Начальника Миссии на пути  к новому месту службы стало посещение Святой Земли в Палестине. Весной 1897 г. архимандрит Иннокентий прибыл в Китай, по дороге  он посетил Шанхай и 1 марта 1897 г. приехал в Тяньцзинь, откуда проследовал в Пекин.

В конце XIX в. Российская Духовная Миссия в Пекине переживала не лучшие времена. По штату, утвержденному  в 1876 г.,  в составе Миссии был архимандрит, 3 иеромонаха, священник, катехизатор и 3 ученика китайского языка. 16-ю Духовную Миссию  (1878-1884) возглавлял архимандрит Флавиан (Городецкий). «В короткий период начальствования этого иерарха деятельность наших миссионеров имела характер преимущественно учено-издательский» 6. Миссия была не просто малочисленной, но в некоторые периоды в Пекине оставался из миссионеров лишь один архимандрит Флавиан. Большим достижением Миссии было начало православного богослужения в Пекине на китайском языке. В 1882 г. первый китаец, Митрофан Цзи, был рукоположен святителем Николаем Японским в священники. Во главе 17-й Миссии (1884-1896) находился архимандрит Амфилохий (Лутовин). В этот период деятельность Миссии сводится до минимума, число ее членов временами сокращалось до 2-х человек. Из достижений этого периода следует отметить расширение географии деятельности Миссии, открытие новых церквей и приходов.

Состояние Российской Духовной Миссии в Пекине к концу XIX в. было таковым, что она не могла в полной мере даже обслуживать духовные потребность немногочисленного русского населения в Китае. Консул в Фучжоу Н.А. Попов жаловался посланнику в 1895 г., что за прошедшие 13 лет Духовная Миссия лишь дважды командировала своего члена, иеромонаха Амфилохия в этот порт 7. Не было постоянного священника даже в Тяньцзине.

С трудом решались проблемы с обеспечением священнослужителями  уже построенных церквей. В консульскую церковь в Урге постоянный штат был назначен лишь в 1892 г. из клира Забайкальской епархии, в ведение Пекинской Духовной Миссии эта церковь была передана еще позже. В построенную в 1885 г. православную церковь в Ханькоу постоянный священник был назначен также лишь в 1892 г., однако в следствии скандала он вскоре покинул приход, а на его место с зачислением в состав Духовной Миссии прибыл священник Н.П. Шастин из Урги, в будущем ставший выдающимся миссионером. В 1894 г. православный храм, вмещавший до 80 человек и имевший флигеля для священника и сторожа, был построен в Калгане. Церковь была передана в ведение Православной Российской Миссии в Пекине, но так и не получила своего священника, до разрушения в 1900 г. туда иногда приезжал иеромонах из Пекина. В других регионах Китая, где имелось русское население, православных церквей и священников не было, даже в Синьцзяне. Еще в 1899 г. обращение к председателю Миссионерского общества митрополиту Московскому с просьбой о выделении денег на постройку церкви в Кульдже и командировании туда иеромонаха осталось без удовлетворения 8.

До конце XIX в. Российская Духовная Миссия не занималась активной миссионерской деятельностью в Китае. Сами миссионеры не верили в возможность широкого распространения православия и христианства вообще в китайском обществе. Об этом свидетельствует замечание Начальника отряда судов в Тихом океане А.Б. Асланбегова: «На вопрос мой, когда Китай сделается христианским государством О.Флавиан ответил: «Никогда». Я на это не могу согласиться...» 9. Отсутствие у Духовной Миссии в Пекине возможности, средств и желания активно заниматься миссионерской деятельность в Китае привело к тому, что к конце XIX в. на огромной территории Центральной и Восточной Азии, среди различных народов, стоявших на разных ступенях общественного развития, не велось ни какой православной миссионерской работы. В Китае было менее 500 православных китайцев, большая часть из которых придерживалась христианства не благодаря трудам миссионеров, а в силу традиций или служебных обязанностей. Таким образом, Иннокентий в Пекин мог воспользоваться огромным интеллектуальным багажом, накопленным миссионерами в изучении Китая, но Миссия не имела богатых традиций миссионерской работы, лишь первый опыт службы на китайском языке и работы китайского священника и катехизаторов.

С первых же дней своей службы в Пекине архимандрит Иннокентий принялся за дело. 22 марта 1897 г. Иннокентий принял капиталы Пекинской Миссии, хранящиеся в Пекинской конторе Гонконг-Шанхайского банка – 14 674 лан, документы на земли и имущество Миссии. 10. В первую очередь он с помощью купца и подвижника русского дела в Китае А.Д. Старцева, открыл типографию и переплетную мастерскую. Иннокентий Фигуровский понимал, что без печатного слова активная проповедь не возможна, а серьезная работа требует знания китайской культуры и обобщения всего опыта российских и зарубежных миссионеров и ученых. Глава Миссии сразу же приступил к изучению китайского языка и организовал работу по составлению словарей и переведу на китайский язык богослужебной литературы. Позднее «Китайский Благовестник» отмечал: «Начальник Миссии, бывающий за службами так же ежедневно утром и вечером, изучив китайский язык, ныне закончил издание монументального полного Русско-Китайского словаря» 11.

Вскоре новому Начальнику Миссии предстояло тяжелое испытание: архимандрит Иннокентий серьезно заболел. Более двух месяцев он провел в госпитале и в санатории на территории Японии, откуда вернулся лишь в октябре 1897 г. Испытание придало Иннокентию новые силы и он с еще большей энергией занялся миссионерской работой. В 1898 г. в Пекин приехали единомышленники и будущие надежные помощники Начальника Миссии, иеромонах Авраамий (Часовников) и диакон В. Скрижалин. Достаточно сказать, что Авраамий, ставший на долгие годы «правой рукой» Иннокентия, был выпускником Императорской Академии Художеств и Петербургского Археологического института и перед приездом в Пекин окончил в Казани Миссионерские курсы по монгольскому отделению.

В 1898 г. архимандрит Иннокентий купил несколько участков земли под будущие миссионерские учреждения. На берегу моря около города Юнпинфу Миссия купила две десятины земли, на пожертвования купца Батуева. Вл. Иннокентий устроил скит около Бэйтайхэ (Пэйтайхо), в местечке Цзиньшаньцзуи. В течение лета-осени 1898 г. там была построена церковь, ставшае на многие годы центром миссионерской работы в северной части столичной провинции Чжили. Летом 1898 г. Миссия приобрела в вечную аренду участок земли близ дачного европейского поселка Кулинь в провинции Цзянси, около Ханькоу. За неимением сил, это приобретение использовалось лишь в материальных целях, земля сдавалась в аренду участками под условие экстерриториальности, распоряжался недвижимостью консул А.С. Вахович.

Первые годы службы о. Иннокентия (Фигуровского) в Пекине пришлись на самое тяжелое для христианства в Китае время. Еще накануне, во время войны Китая с Японией, возникла угроза для русских в столичном районе Цинской империи. В ноябре 1894 г. был поставлен вопрос о возможном выезде посланника из Пекина, А.П. Кассини обратился к С.П. Тыртову с просьбой приготовить десант из 25 - 30 матросов для охраны российской дипломатической миссии в Пекине 12. Во время войны в Калгане стали распространяться слухи о том, что виновницей войны является Россия, около русских домов стали собираться толпы и угрожать русским расправой. Антирусские волнения в Калгане прекратились лишь после присланного из Пекина императорского указа, говорящего о том, что русские помогают Китаю, и объявляющего о наказании тех, кто распространяет ложные слухи. В 1895 г. советник министра иностранных дел В.Н. Ламздорф отметил в своем дневнике: «Телеграмма от графа Кассини, нашего посланника в Китае, датированная ... 3 (15) февраля, рисует положение в самых мрачных красках. В недалеком будущем можно предвидеть свержение династии, общий развал империи и избиение иностранцев» 13.

В 1897 г., когда о. Иннокентий прибыл в Пекин, напряженность спала и сложилась благоприятная ситуация для развития русско-китайских отношений. Союзный договор и пакет двухсторонних соглашений вызвали взаимодействие двух народов и культур. В Китай ехали работать специалисты, значительно оживился интерес китайцев к русской культуре, русские инженеры и техники появились в Маньчжурии и Синьцзяне, военные инструкторы в Чжили, китайские студенты впервые приехали в Петербург. Пиком подъема русско-китайского сближения стал пышный прием в Пекине русской делегации во главе с Э.Э. Ухтомским в мае 1897 г.

Благоприятный период продолжался не долго. К началу 1898 г. двухсторонние отношения ухудшились из-за Порт-Артура, а бесконечные уступки Китая западным державам вызвали  рост  антииностранных настроений. В 1898 г. в руководстве Цинской империи разразился кризис, различные группировки попытались провести в жизнь  свои  рецепты  избавления страны от «заморских дьяволов». Инициатива в управлении Китаем на некоторое время перешла в руки молодого императора  Гуансюя,  принявшего  сторону  реформаторов и  попытавшегося  освободиться от опеки старой императрицы Цыси. Группировка реформаторов придерживалась антирусских настроений,  планировался даже перенос столицы Китая в район Шанхая. В сентябре 1898 г.  обе дворцовые группировки выступили против иностранного  вмешательства,  но под предлогом защиты страны от европейцев начали эскалацию военного противостояния,  чем  и  ускорили развязку. Императрица Цыси вернула себе всю полноту власти и поддержала консерваторов,  но это, вопреки ожиданиям, привело к росту антирусских настроений в руководстве Китая, что подтвердилось начавшимися кадровыми перестановками в провинции Чжили.

Россия  не вмешивалась в борьбу в руководстве Китая. Российский поверенный в делах в Пекине А.П. Павлов  впервые  сообщил  в МИД о реформах Гуансюя лишь в конце лета,  через 3 месяца после их начала. Но в китайском обществе события,  происходившие при  Дворе  были восприняты как происки иностранцев. В сентябре 1898 г.,  на следующий день после казни шести активных сторонников реформ, в Пекине произошли антииностранные выступления, поддержанные  войсками  генерала  Дун  Фусяна.  Державы ответили  на это отправкой военных кораблей на рейд крепости Дагу, в конце сентября 1898 г.  на берег были высажены европейские десанты, в том числе русский отряда, численностью около ста человек, английский и немецкий.  Численность русского щтряда составляла  около 100 человек. 1 октября русские моряки и казаки под командованием лейтенанта А.Н. Неелова и сотника В.Г. Раткевича заняли посты в Пекине.  Покинул китайскую столицу русский десант только 22 марта 1899 г., после того как были выведены войска Дун Фусяна и прекратились антирусские провокации.

Временное затишье в Пекине не означало стабилизации ситуации в Китае. В это время в соседней провинции Шаньдун началось антихристианское движение ихэтуаней (боксеров), а в Маньчжурии развернулись антирусские выступления. Весной 1900 г. движение ихэтуаней распространилось в столичную провинцию Чжили и перерасло в массовое восстание против христиан и иностранцев. В Пекине появилось множество листовок, объявивших: «Ныне небо прогневавшись на учение Иисуса за то, что оно оскорбляет духов, уничтожает святое (конфуцианское) учение и не почитает буддизма, убрало дождь и послало 8 000 000 небесных воинов для уничтожения иностранцев» 14. Все усилия иностранных держав заставить власти Китая принять эффективные меры против восставших и самостоятельно остановить развитие восстания не привели к успеху. В мае восстание охватило всю столичную провинцию, 23 мая ихэтуани стали входить в Пекин и объединяться в регулярными войсками, отец наследника цинского престола призвал народ к уничтожению иностранцев, а 4 июня 1900 г. иностранные войска развернули боевые действия против вооруженных сил Цинской империи.

Архимандрит Иннокентий до последнего, несмотря на опасность для жизни, поддерживал свою китайскую паству. Весной 1900 г. он посетил отдаленный миссионерский стан в Бэйтайхэ. В конце мая, когда уже были жертвы не только среди китайских христиан, но европейских миссионеров, Иннокентий выезжал в деревню Дундинань, расположенную в 50 верстах от Пекина. О. Архимандрит посетил семьи крестьян, провел службу в местной церкви, он не смог спасти свою православную паству от расправы религиозных фанатиков, но сделал все от него зависящее, чтобы поддержать их дух в  трагическое для христиан время. До последнего Иннокентий отказывался покинуть Духовную Миссию и перейти под охрану русского отряда на территорию посольства. Врач В.В. Корсаков вспоминал: «... утром 26-го мая русский посланник в Пекине М.Н. Гирс лично отправился к архимандриту о. Иннокентию и убеждал его оставить Миссию... После долгих убеждений о. архимандрит согласился...» 15. Архимандрит Иннокентий, получив гарантии китайских властей сохранности Духовной Миссии, взяв с собой лишь ценную церковную утварь и образ Свт. Николая, вместе с иеромонахом Авраамием и диаконом В.П. Скрижалиным переехал в Российскую дипломатическую миссию.

Лето 1900 г. стало тяжелейшим испытанием для Вл. Иннокентия, на его глазах уничтожалось все, что было создано трудами его и его предшественников. Подворье Российской Духовной Миссии с библиотекой, богадельней и школами было  уничтожено вечером 31 мая, по свидетельству очевидцев в его разграблении приняли участие китайские солдаты, оставленные властями для охраны российского имущества. Вскоре было сожжено русское кладбище, памятники разрушены, могилы разрыты и кости почивших выброшены из могил. В 1900 г. полностью были разрушены церкви в Дундинане, Бейтайхэ и Калгане. Восставшие в мае - июле 1900 г. замучили до смерти 222 православных китайца, среди которых был и первый китайский священник Митрофан Цзи.

Архимандрит Иннокентий вместе с другими членами Духовной Миссии, иеромонахами Николаем Шастиным и Авраамием Часовниковым, дьяконом В.П. Скрижалиным и др., а также китайцами христианами пережил двухмесячную осаду дипломатического квартала. Посольский квартал обороняли объединенные силы иностранцев численностью около 450 человек, они защищали от расправы более тысячи гражданских лиц иностранцев и более трех тысяч китайских христиан. Большая часть гражданских лиц, в том числе и русские укрылась в английском посольстве, но архимандрит Иннокентий остался с русским отрядом. Российское посольство летом 1900 г. оборонял отряд в составе 74 моряков, 7 казаков посольского конвоя  и около 10 волонтеров. В течение июня осажденные вели тяжелые бои, был момент, когда русское посольство даже было оставлено, затем вновь возвращено, защитники несли потери. Госпиталь для раненых был устроен в английском посольстве, но первая помощь во время боя на территории русской Миссии оказывалась Архимандритом Иннокентием. Благодаря его умению и мужеству большая часть раненых была спасена и вернулась в строй. Не меньшее значение для защитников миссии имела и духовная поддержка, о том сколь тяжела была психологическая нагрузка для людей, оказавшихся в ситуации говорят многие факты. Так во время осады посольского квартала потерял рассудок норвежский миссионер, выбежал к китайцам и пропал без вести служащий Русско-китайского банка. Всего за время осады в русском отряде погибло 5 человек, двое умерло и до 19 человек было ранено.

1 августа 1900 г. русские войска под командованием генерала Н.П. Линевича совместно с союзниками штурмом взяли Пекин. Поскольку Цинский двор покинул китайскую столицу, то руководство России приняло решение временно перевести дипломатическую миссию в Тяньцзинь и вывести войска. К середине октября из русских войск в Пекине осталась лишь рота стрелков и 10 казаков. Российские власти не считали возможным разрешить православным миссионерам остаться в китайской столице, Российская Духовная Миссия по распоряжению посланника в сентябре выехала в Тяньцзинь. Вместе с о. Иннокентием из Пекина без средств к существованию выехало 70 православных китайцев. Однако испытания не сломили вл. Иннокентия. Несмотря на потери и настроения в руководстве России он не отказался от своей Миссии. В Тяньцзине осенью 1900 г. миссионеры купили двор в китайском городе, 16 комнат и участок земли, на котором возвели постройки. Вскоре там была открыта школа для китайских детей.

 Влиятельные силы в руководстве России не желали рисковать своими материальными и политическими интересами в Китае из-за Православной Миссии. Из Петербурга пришел приказ выехать из Китая в Порт-Артур или в Сибирь. Однако архимандрит Иннокентий не выполнил этого приказа, православные миссионеры не покинули свою паству в Пекине и Тяньцзине. Сам Начальник Духовной Миссии для продолжения миссионерской деятельности решил переехать на юг Китая. В октябре 1900 г. архимандрит Иннокентий с двумя китайскими сиротами отправился в Шанхай, где приобрел участок земли и дом. В марте 1901 г. начался набор китайцев в православную школу в Шанхае. Так, в трудное для христианства и православного миссионерства в Китае время архимандрит Иннокентий заложил новый центр Православной церкви в Китае. Это признают и подтверждают современные китайские историки 16.

В это время судьба Российской Духовной Миссии в Пекине решалась в Петербурге. Архимандрит Иннокентий в июле 1901 г. был вызван в Россию для решения вопроса о полном прекращении Православной миссионерской деятельности в Китае. Прежде чем покинуть Китай Начальник Миссии вернулся в Чжили, школа в Шанхае была оставлена на попечение диакона Сергия Чана. В Пекине о. Иннокентий купил вокруг Северного подворья для Миссии 36 фанз и княжеский дом. Миссия в Пекине была оставлена на попечение иеромонаха Авраамия, вл.Иннокентий же успел перед отъездом съездил в Бэйтайхэ, где его стараниями началось восстановление разрушенного храма.

В Петербурге Иннокентию пришлось проделать большую работу, однако ему удалось переломить настроения властей. От вопроса закрытия Миссии вновь вернулись к старой проблеме - обходимости открытия в Китае епископской кафедры. Прежде дважды поднимался вопрос о создании епископской кафедры в Пекине, в начале XVIII в. и в 1861 г. В 1721 г. на место епископа в Пекине  был назначен вл. Иннокентий (Кульчицский), нареченный и рукоположенный во епископа Переславского. Но первому епископу так и не удалось добраться до Пекина, кафедру в Китае открыть не удалось. В 1863 г. вновь было принято решение об открытии кафедры, но не нашлось средств, а возможно не оказалось человека, способного воплотить это решение в жизнь. В январе 1902 г. в Петербурге вновь приступили к рассмотрению предложения «поручить управление церковными делами в Маньчжурии и вообще в Китае Начальнику нашей Духовной Миссии в Пекине с возведением его в сан Епископа» 17.

6 апреля 1902 г. царским указом Начальник Духовной Миссии в Пекине получал сан епископа с присвоением наименования «Переславский», в соответствии с наименованием первого епископа, назначенного в Китай в 1721 г. Ежегодное содержание Миссии было увеличено на тысячу с небольшим рублей и определено в 16 800 руб. 3 июня 1902 г. в Александро-Невской лавре о. Иннокентий (Фигуровский) был возведен в сан епископа Переславского. К началу июля 1902 г. вл. Иннокентию удалось сформировать окончательный состав Миссии в количестве 34 человек, в числе которых было четверо с академическим образованием, а также 10 послушников, мастеровые и проч. Вместе с епископом Иннокентием в Китай отправились иеромонахи Симон, Неофит и Пимен, диакон Нил Милютин, иеродиакон Симон, псаломщик Илларион Туркевич и другие.

8 июля 1902 г. члены Миссии, выехали из Петербурга на восток по железной дороге в двух специально предоставленных для них, вагонах. Вскоре газеты родной для Иннокентия Енисейской губернии сообщили: «Проездом из Петербурга в Пекин 21 с. июля в Красноярске останавливался Начальник Пекинской Духовной Миссии преосвященный Иннокентий» 18. По железной дороге Миссия доехала до Порт-Артура и 13 августа прибыла в Пекин. Епископ Иннокентий вместе со своими соратниками поселился недалеко от развалин подворья Российской Духовной Миссии в Пекине.

Примечания

1 Государственный архив Красноярского края (ГАКК). Ф.819 «Енисейское духовное правление» Оп.1. Д.682. «Метрические книги сельских учреждений за 1863-1866 гг.». Л.3об.

2 ГАКК. Ф.236 «Балахтинская Введенская церковь». Оп.1. Д.100. Л.52.

3 Енисейские Епархиальные Ведомости. 1902. №7. С.201.

4 Енисейские Епархиальные Ведомости. 1886. №1. С.15.

5 Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф.796 «Священный Синод». Оп.177. Д.3351. Л.1.

6 Коростовец И. Китайцы и их цивилизация. СПб., 1898. С.409.

7 Архив внешней политики Российской империи (АВПРИ). Ф.143 «Китайский стол». Д.416. Л.21.

8 АВПРИ. Ф. 188 «Миссия в Пекине». Д.811. Л.79.

9 Российский государственный архив военно-морского флота (РГАВМФ). Ф.41. Оп.1. Д.38. Л.130.

10 РГИА. Ф.796. Оп.177. Д.3351. Л.4.

11 Китайский Благовестник. 1910. Вып.8. С.25.

12 РГАВМФ. Ф.650. Оп.1. Д.110. Л.150.

13 Ламздорф В.Н. Дневник 1894-1896. М., 1991. С.140.

14 АВПРИ. Ф.143. Д.764. Л.34.

15 Корсаков В.В. Пекинские события. СПб., 1901. С.183.

16 Ван Чжичен. Шанхай эцяо ши (История российских эмигрантов в Шанхае). Шанхай, 1993. С. 391.

17 АВПРИ. Ф.143. Д.172. Л.2.

18 Енисейские губернские ведомости. 1902 г. 26 июля.

 

Наверх Содержание Основная страница